• Приглашаем посетить наш сайт
    Бунин (bunin.niv.ru)
  • Cлово "ВРЕМЯ"


    А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
    0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
    Поиск  

    Варианты слова: ВРЕМЕНИ, ВРЕМЕНАМИ, ВРЕМЕНЕМ, ВРЕМЕНА

    1. «Поэт и время»
    Входимость: 92. Размер: 38кб.
    2. Кудрова Ирма: Гибель Марины Цветаевой. Болшево
    Входимость: 56. Размер: 119кб.
    3. Кудрова Ирма: Путь комет. После России. Глава 5. Медон
    Входимость: 50. Размер: 124кб.
    4. Бродский И. А.: Об одном стихотворении
    Входимость: 48. Размер: 118кб.
    5. Швейцер Виктория: Марина Цветаева. Пастернак
    Входимость: 46. Размер: 85кб.
    6. Швейцер Виктория: Марина Цветаева. Сергей Яковлевич
    Входимость: 46. Размер: 156кб.
    7. Кудрова Ирма: Путь комет. Разоблаченная морока. Глава 5. Елабуга
    Входимость: 45. Размер: 138кб.
    8. Белкина Мария: Скрещение судеб. Безмерность в мире мер
    Входимость: 45. Размер: 123кб.
    9. Кудрова Ирма: Путь комет. После России. Глава 2. 1923-й
    Входимость: 44. Размер: 140кб.
    10. Шенталинский Виталий: Марина, Ариадна, Сергей (глава из книги В. Шенталинского "Рабы свободы. Книга вторая")
    Входимость: 44. Размер: 117кб.
    11. Новое упование (Анна де Ноай, перевод Марины Цветаевой)
    Входимость: 44. Размер: 134кб.
    12. Кудрова Ирма: Путь комет. После России. Глава 6. Кламар — Ванв
    Входимость: 42. Размер: 124кб.
    13. Кудрова Ирма: Путь комет. Разоблаченная морока. Глава 1. Болшево
    Входимость: 42. Размер: 90кб.
    14. Геворкян Татьяна: Несколько холодных великолепий о Москве (Марина Цветаева и Осип Мандельштам)
    Входимость: 42. Размер: 85кб.
    15. Белкина Мария: Скрещение судеб. Мур
    Входимость: 42. Размер: 151кб.
    16. Слоним Марк: О Марине Цветаевой
    Входимость: 42. Размер: 127кб.
    17. Саакянц А.: Марина Цветаева. Жизнь и творчество. Чехия 1923-й
    Входимость: 42. Размер: 119кб.
    18. Швейцер Виктория: Марина Цветаева. Борис – Георгий – Барсик... – Мур!
    Входимость: 41. Размер: 83кб.
    19. Кудрова Ирма: Гибель Марины Цветаевой. Елабуга
    Входимость: 41. Размер: 133кб.
    20. Шевеленко Ирина: Литературный путь Цветаевой. Глава 5. Уединение (1926–1941). Поэт и время
    Входимость: 37. Размер: 75кб.
    21. Белкина Мария: Скрещение судеб. Перед лицом стылого окна
    Входимость: 37. Размер: 113кб.
    22. Швейцер Виктория: Марина Цветаева. Сын
    Входимость: 37. Размер: 87кб.
    23. Кудрова Ирма: Гибель Марины Цветаевой. Лубянка
    Входимость: 37. Размер: 113кб.
    24. Швейцер Виктория: Марина Цветаева. Мой Пушкин
    Входимость: 36. Размер: 86кб.
    25. Кудрова Ирма: Третья версия. Еще раз о последних днях Марины Цветаевой
    Входимость: 35. Размер: 115кб.
    26. Цветаева Анастасия. Воспоминания. Поездка к Горькому встреча с Мариной
    Входимость: 35. Размер: 238кб.
    27. Цветаева Анастасия. Воспоминания. Последнее о Марине
    Входимость: 35. Размер: 123кб.
    28. Воронин Леонид: "Услышать... для поэта — уже ответить"
    Входимость: 34. Размер: 91кб.
    29. Кудрова Ирма: Дом на горе
    Входимость: 32. Размер: 113кб.
    30. Белкина Мария: Скрещение судеб. Гляжу и вижу одно: конец
    Входимость: 31. Размер: 143кб.
    31. Саакянц Анна: "Марина Цветаева"
    Входимость: 31. Размер: 76кб.
    32. Шевеленко Ирина: Литературный путь Цветаевой. Глава 5. Уединение (1926–1941). Эпос
    Входимость: 30. Размер: 84кб.
    33. Саакянц А.: Марина Цветаева. Жизнь и творчество. Крылатая душа поэта (1917–1918)
    Входимость: 29. Размер: 117кб.
    34. Саакянц А.: Марина Цветаева. Жизнь и творчество. "Оползающая глыба" (1928–1929)
    Входимость: 29. Размер: 102кб.
    35. Белкина Мария: Скрещение судеб. Меня все меньше
    Входимость: 29. Размер: 116кб.
    36. Белкина Мария: Скрещение судеб. Болшевское заточение
    Входимость: 28. Размер: 100кб.
    37. Саакянц А.: Марина Цветаева. Жизнь и творчество. "Только в огне пою!" (1919 — февраль 1921)
    Входимость: 28. Размер: 161кб.
    38. Анри Труайя. Марина Цветаева. XVI. Открытие СССР
    Входимость: 28. Размер: 75кб.
    39. Саакянц А.: Марина Цветаева. Жизнь и творчество. "Роднее бывшее — всего…" (1930–1936). 1931-й
    Входимость: 27. Размер: 50кб.
    40. Швейцер Виктория: Марина Цветаева. После России
    Входимость: 27. Размер: 111кб.
    41. Белкина Мария: Скрещение судеб. Алины университеты. Страница 2
    Входимость: 26. Размер: 68кб.
    42. Кудрова Ирма: Путь комет. После России. Глава 8. Капкан
    Входимость: 26. Размер: 72кб.
    43. Миндлин Эм.: Из книги "Необыкновенные собеседники"
    Входимость: 25. Размер: 86кб.
    44. Ванечкова Г.: Марина Ивановна Цветаева - значительная русская поэтесса начала 20-го века
    Входимость: 25. Размер: 44кб.
    45. Швейцер Виктория: Марина Цветаева. "Повесть о Сонечке" и два письма о гомоэротической любви
    Входимость: 25. Размер: 88кб.
    46. Кудрова Ирма: Путь комет. Разоблаченная морока. Глава 3. Лубянка
    Входимость: 24. Размер: 69кб.
    47. Белкина Мария: Скрещение судеб. Алины университеты. Страница 4
    Входимость: 24. Размер: 71кб.
    48. Доля Николай: "Девочкой маленькой ты мне предстала неловкою…"
    Входимость: 24. Размер: 103кб.
    49. Белкина Мария: Скрещение судеб. В комнате Зоологического музея
    Входимость: 23. Размер: 80кб.
    50. Новое упование (Анна де Ноай, перевод Марины Цветаевой). Часть третья
    Входимость: 23. Размер: 111кб.

    Примерный текст на первых найденных страницах

    1. «Поэт и время»
    Входимость: 92. Размер: 38кб.
    Часть текста: - слово не только обывателя, но, бывает, и большого художника, но неизменно - о чужой отрасли художества, живописца о музыке, например. В своей же области крупный художник неизбежно современен, почему - увидим дальше. Нелюбовь к вещи, во-первых и в главных, есть неузнавание ее: в ней - уже знаемого. Первая причина неприятия вещи есть неподготовленность к ней. Простонародье в городе долго не ест наших блюд. Как и дети - новых. Физический отворот головы. Ничего не вижу (на этой картине) и поэтому не хочу смотреть - а чтобы видеть, именно нужно смотреть, чтобы увидеть - всматриваться. Обманутая надежда глаза, привыкшего по первому взгляду - то есть по прежнему, чужих глаз, следу - видеть. Не дознаваться, а узнавать. У стариков усталость (она и есть отсталость), у обывателя предустановленность, у живописца, не любящего современной поэзии, - заставленность (головы и всего существа) - своим. Во всех трех случаях страх усилия, вещь простимая - пока не судят. Единственный достойный уважения случай. То есть единственно законное неприятие вещи, - неприятие ее в полном знании. Да, знаю, да, читаю, да, признаю - но предпочитаю (положим) Тютчева, мне, хочу моей крови и мысли, более сродного. Всякий волен выбирать себе любимых, вернее никто своих...
    2. Кудрова Ирма: Гибель Марины Цветаевой. Болшево
    Входимость: 56. Размер: 119кб.
    Часть текста: русских, покидавших чужие края. Найти знакомый дом в Саперном переулке было для Цветаевой несложно: она бывала здесь не раз — в той, уже неповторимо давней жизни. Анна Яковлевна Трупчинская, старшая сестра мужа, была, скорее всего, заранее предупреждена братом о предстоящем визите. И все же она не решилась впустить в дом путешественников. У нее были веские причины для такой осторожности: и самой Трупчинской и ее дочери-студентке уже приходилось являться на малоприятные «собеседования» в ленинградский «Большой дом» — дом НКВД на Литейном проспекте. Там обеих с пристрастием допрашивали обо всех, кто посещал их квартиру. Втроем они погуляли по светлым июньским улицам Ленинграда. Брандмауэры многих домов были украшены огромными плакатами. Они тиражировали идеал социалистического общества, в котором труд был провозглашен делом чести, доблести и геройства: здоровяк в рабочем комбинезоне и его крепкогрудая подруга в красной косынке и с пучком спелых колосьев в руке призывали сограждан незамедлительно нести свои деньги в сберкассу — или же вступать в ряды Осовиахима. После семнадцати лет разлуки с родиной Марина Ивановна попала в сюрреалистический мир, где в узнаваемых декорациях текла фантастическая жизнь. В ее обыденном порядке были митинги и празднества в честь покорителей пространства: летчиков, полярников, парашютистов. Празднества сменялись обличениями и проклятиями в адрес других соотечественников, внезапно оказавшихся предателями всех святынь, бандитами, потерявшими остатки совести. Этот мир знал только две краски — ...
    3. Кудрова Ирма: Путь комет. После России. Глава 5. Медон
    Входимость: 50. Размер: 124кб.
    Часть текста: русской эмиграции. Год от году нарастала популярность евразийского движения, зародившегося еще в самом начале двадцатых годов. Именно тогда вышли в свет первые книги и сборники, авторами которых были ученые-эмигранты — Н. С. Трубецкой, Г. В. Флоровский, П. Н. Савицкий, П. П. Сувчинский. В статьях и книгах речь шла об особенностях географического положения русского государства, вобравшего в себя черты Европы и Азии. Авторы сходились на том, что результатом этого положения явилась самобытность российской истории, культуры, экономики, религии. И потому, утверждали они, национальное возрождение может наступить только через православие и понимание России как «не Европы и не Азии, не смеси их, а особого материка — океана — Евразии». Пафос евразийской концепции был открыто антизападническим и сочетался с критикой предреволюционных умонастроений русской интеллигенции. Все это звучало в высшей степени актуально для людей, вынужденных покинуть свою родину и ощущавших внутреннюю чуждость европейскому укладу. Евразийцы решительно не принимали советскую власть. Их критика была направлена против узкоматериалистического миросозерцания большевиков, а также против их экономической программы. Но они устали от постоянного унылого обличительства большевистских порядков в России, заполонившего страницы эмигрантской печати, от этого вечного «плача на реках вавилонских». Когда вышел в свет первый номер «Верст», его сразу назвали «евразийским» изданием, хотя оснований для такой аттестации было не слишком много; скорее всего, гипнотическое действие оказало имя Сувчинского на обложке журнала. Сергей Яковлевич Эфрон поначалу открещивался ...
    4. Бродский И. А.: Об одном стихотворении
    Входимость: 48. Размер: 118кб.
    Часть текста: общего порядка о феномене смерти как таковом. Оплакивая потерю (любимого существа, национального героя, друга или властителя дум), автор зачастую оплакивает - прямым, косвенным, иногда бессознательным образом - самого себя, ибо трагедийная интонация всегда автобиографична. Иными словами, в любом стихотворении "На смерть" есть элемент автопортрета. Элемент этот тем более неизбежен, если оплакиваемым предметом является собрат по перу, с которым автора связывали чересчур прочные - подлинные или воображаемые - узы, что-бы автор был в состоянии избежать искушения отождествить себя с предметом стихотворения. В борьбе с данным искушением автору мешают ощущение профессиональной цеховой принадлежности, самый несколько возвышенный характер темы смерти и, наконец, сугубо личное, частное переживание потери: нечто отнято у тебя - стало быть, ты имеешь к этому отношение. Возможно, единственным недостатком этих во всех отношениях естественных и уважения достойных чувств является тот факт, что мы узнаем больше об авторе и его отношении к возможной собственной смерти, нежели о том, что действительно произошло с другим лицом. С другой стороны, стихотворение - не репортаж, и зачастую сама трагическая...
    5. Швейцер Виктория: Марина Цветаева. Пастернак
    Входимость: 46. Размер: 85кб.
    Часть текста: казалось – и оказывалось – преувеличенным, то теперь, даже поднимаясь на самые гиперболические высоты, чувства оставались вровень им обоим – и Цветаевой, и Пастернаку. Свалившись летом 1922 года, как снег на голову, первым письмом Пастернака и его книгой «Сестра моя – жизнь», отношения видоизменялись: то, как море, завладевали всей жизнью до самого горизонта, то превращались в едва бьющийся, но живой родник, – но никогда не иссякли совсем, протянулись до их последних дней. Можно с уверенностью сказать, что в жизни Цветаевой это были самые значительные человеческие отношения. И с уверенностью – что для нее они были значительнее, чем для Пастернака. Они не укладываются в обычные мерки. Была ли то страсть или дружба, творческая близость или эпистолярный роман? Все вместе, неразрывно, питая и усиливая одно другое. В их отношениях каждый предстает в полном объеме своего человеческого облика и возможностей. Это удивительно, ибо в плане реальном: жизненных встреч, бытовых подробностей – связь Цветаевой с Пастернаком выглядит эфемерной, придуманной – полетом фантазии. Несколько – всегда случайных – встреч в Москве, до отъезда Цветаевой. Внезапное потрясение поэзией: Пастернака – «Верстами», Цветаевой – «Сестрой...». Восторг, чувство невероятной близости и понимания, настоящая дружба через границы – в стихах и письмах. Дважды – разминовение в Берлине: когда Цветаева уехала, не дождавшись его приезда, и когда она не смогла приехать проститься с Пастернаком перед его возвращением в Россию. Планы встреч – заведомо нереальные, но внушающие надежды и помогающие жить: летом 1925 года в Веймаре, городе обожаемого обоими Гёте. Конечно, не состоялось. Снова: в 1927 году вместе поедем к Райнеру Мария Рильке – тому, кто в современности олицетворял для них Поэзию. И не могло состояться – не только потому, что ...

    © 2000- NIV