• Приглашаем посетить наш сайт
    Мода (www.modnaya.ru)
  • Cлово "ДОМ"


    А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
    0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
    Поиск  

    Варианты слова: ДОМУ, ДОМА, ДОМЕ, ДОМОМ

    1. Цветаева Анастасия. Воспоминания. Поездка к Горькому встреча с Мариной
    Входимость: 60. Размер: 238кб.
    2. Дом у Старого Пимена
    Входимость: 59. Размер: 97кб.
    3. Белкина Мария: Скрещение судеб. Безмерность в мире мер
    Входимость: 57. Размер: 123кб.
    4. Кудрова Ирма: Гибель Марины Цветаевой. Болшево
    Входимость: 55. Размер: 119кб.
    5. Наталья Гончарова
    Входимость: 50. Размер: 27кб.
    6. Миндлин Эм.: Из книги "Необыкновенные собеседники"
    Входимость: 50. Размер: 86кб.
    7. Белкина Мария: Скрещение судеб. Гляжу и вижу одно: конец
    Входимость: 50. Размер: 143кб.
    8. Кудрова Ирма: Путь комет. Разоблаченная морока. Глава 5. Елабуга
    Входимость: 44. Размер: 138кб.
    9. Швейцер Виктория: Марина Цветаева. Дом в Трехпрудном
    Входимость: 43. Размер: 35кб.
    10. Цветаева Анастасия. Воспоминания. Последнее о Марине
    Входимость: 43. Размер: 123кб.
    11. Швейцер Виктория: Марина Цветаева. Сергей Яковлевич
    Входимость: 43. Размер: 156кб.
    12. Кудрова Ирма: Путь комет. После России. Глава 6. Кламар — Ванв
    Входимость: 41. Размер: 124кб.
    13. Белкина Мария: Скрещение судеб. В комнате Зоологического музея
    Входимость: 38. Размер: 80кб.
    14. Кудрова Ирма: Гибель Марины Цветаевой. Елабуга
    Входимость: 38. Размер: 133кб.
    15. Кудрова Ирма: Путь комет. Разоблаченная морока. Глава 1. Болшево
    Входимость: 37. Размер: 90кб.
    16. Белкина Мария: Скрещение судеб. По докладной секретаря
    Входимость: 37. Размер: 77кб.
    17. Евтушенко Евгений: Стихи не могут быть бездомными
    Входимость: 37. Размер: 25кб.
    18. Саакянц А.: Марина Цветаева. Жизнь и творчество. Юность поэта (1912–1913)
    Входимость: 35. Размер: 62кб.
    19. Кудрова Ирма: Путь комет. После России. Глава 2. 1923-й
    Входимость: 34. Размер: 140кб.
    20. Кудрова Ирма: Третья версия. Еще раз о последних днях Марины Цветаевой
    Входимость: 33. Размер: 115кб.
    21. Саакянц Анна: "Три Москвы Марины Цветаевой"
    Входимость: 33. Размер: 27кб.
    22. Саакянц А.: Марина Цветаева. Жизнь и творчество. "Только в огне пою!" (1919 — февраль 1921)
    Входимость: 30. Размер: 161кб.
    23. Белкина Мария: Скрещение судеб. Перед лицом стылого окна
    Входимость: 29. Размер: 113кб.
    24. Анри Труайя. Марина Цветаева. I. Детство – благословенное и омраченное трауром детство…
    Входимость: 28. Размер: 60кб.
    25. Записная книжка № 4, 1917—1918 гг.
    Входимость: 28. Размер: 83кб.
    26. Катаева-Лыткина Надежда: 145 дней после Парижа
    Входимость: 27. Размер: 48кб.
    27. Белкина Мария: Скрещение судеб. Где спят овеянные тайной особняки
    Входимость: 26. Размер: 39кб.
    28. Саакянц А.: Марина Цветаева. Жизнь и творчество. Крылатая душа поэта (1917–1918)
    Входимость: 25. Размер: 117кб.
    29. Саакянц А.: Марина Цветаева. Жизнь и творчество. Московские загороды (июнь 1939 — июнь 1940). Полгода в Голицыне
    Входимость: 25. Размер: 60кб.
    30. История одного посвящения
    Входимость: 25. Размер: 76кб.
    31. Швейцер Виктория: Марина Цветаева. Глава первая
    Входимость: 24. Размер: 45кб.
    32. Записная книжка № 5, 1918—1919 гг.
    Входимость: 24. Размер: 134кб.
    33. Фокин Павел: Цветаева без глянца (Ознакомительный фрагмент). Жилище
    Входимость: 24. Размер: 26кб.
    34. Шенталинский Виталий: Марина, Ариадна, Сергей (глава из книги В. Шенталинского "Рабы свободы. Книга вторая")
    Входимость: 24. Размер: 117кб.
    35. Белкина Мария: Скрещение судеб. Меня все меньше
    Входимость: 24. Размер: 116кб.
    36. Кудрова Ирма: Дом на горе
    Входимость: 23. Размер: 113кб.
    37. Бальмонт Константин: Где мой дом?
    Входимость: 22. Размер: 18кб.
    38. Записная книжка № 7, 1919-1920 гг. Страница 3
    Входимость: 22. Размер: 54кб.
    39. Хакен Георг: Я вечности не приемлю (пьеса о Цветаевой)
    Входимость: 21. Размер: 67кб.
    40. Швейцер Виктория: Марина Цветаева. После России
    Входимость: 21. Размер: 111кб.
    41. Белкина Мария: Скрещение судеб. Алины университеты. Страница 1
    Входимость: 21. Размер: 68кб.
    42. Анри Труайя. Марина Цветаева. XVI. Открытие СССР
    Входимость: 20. Размер: 75кб.
    43. Твоя смерть
    Входимость: 20. Размер: 52кб.
    44. Белкина Мария: Скрещение судеб. Мур
    Входимость: 20. Размер: 151кб.
    45. Наталья Гончарова. (Страница 2)
    Входимость: 19. Размер: 47кб.
    46. Ванечкова Г.: Марина Ивановна Цветаева - значительная русская поэтесса начала 20-го века
    Входимость: 19. Размер: 44кб.
    47. Белкина Мария: Скрещение судеб. Алины университеты. Страница 6
    Входимость: 19. Размер: 61кб.
    48. Записная книжка № 8, 1920-1921 гг. Страница 5
    Входимость: 19. Размер: 65кб.
    49. Саакянц А.: Марина Цветаева. Жизнь и творчество. Последняя Москва (март 1921 — май 1922)
    Входимость: 18. Размер: 139кб.
    50. Саакянц А.: Марина Цветаева. Жизнь и творчество. "Роднее бывшее — всего…" (1930–1936). 1934-й
    Входимость: 18. Размер: 65кб.

    Примерный текст на первых найденных страницах

    1. Цветаева Анастасия. Воспоминания. Поездка к Горькому встреча с Мариной
    Входимость: 60. Размер: 238кб.
    Часть текста: черненькие дешевые открытки, с которых глядят вот эти самые, вот эти глаза, светло, широко, молодо, дерзко, под упрямым лбом с назад зачесанными волосами над раздвоенным лукавым носом, над воротом косоворотки. Все это плюс широкополая шляпа (на другой открытке) или плюс высокие сапоги (в портрете во весь рост). Где-то рядом стоят в памяти молодое лицо Скитальца, темная шевелюра Андреева, клочковатая седая борода Толстого, ибсеновские очки. Но это лицо родней. Отчего? Оттого,что мама так его любит? Оттого,что похож на мальчика? Озорной великан из сказки? В котором не великанье – главное, а великанье его озорство. Вот еще один – из тех, из богатырей моего детства, – Шаляпин! Сказочный голос – громче всех голосов на свете, это я знаю. И что в театре – волшебник: превращается во всех, в кого хочет. И даже они чем-то похожи: у обоих носы сходные, с лукавинкой у ноздрей. И оба они – «из народа». У обоих – дерзкие глаза. (Так Муся глядит, когда сердится.) Да… И все-таки – Горький роднее Шаляпина. Оттого ли,что мама нам читала «Челкаш»? Что мама больше говорит о Горьком, чем о Шаляпине? Пытаюсь понять – сейчас, шесть десятилетий спустя. Не шаляпинская разудалость плеч, позы, плоти, движимая «все мне можно» -таланта безмерного. Иная стать у горьковского озорства: совершенно серьезная, – почти жертвенная: бой с миром. Мне было лет пять. Жизнь, как в театре, раздвигала свои декорации – голоса споривших в кабинете отца сплетались с маминым «Потонувшим колоколом», непонятно кричали: «педель», «сходка», «нагайки», «Лев Николаевич»… Было поздно, мать гнала...
    2. Дом у Старого Пимена
    Входимость: 59. Размер: 97кб.
    Часть текста: насилу и единственного своего внука может любить». Так и оказалось у Андрюши «два дедушки», а у нас с Асей - один. Наш дедушка лучше. Наш привозит бананы - и всем. Дедушка Иловайский - только золотые - и только Андрюше - прямо в руку - даже как-то мимо руки - ничего не говоря и даже не глядя - и только в день рождения или на Рождество. Мама эти золотые у Андрюши сразу отбирает. «Августа Ивановна, вымойте Андрюше руки!» - «Но монет софсем нофенький!» - «Нет чистых денег». (Так это у нас, детей, и осталось: деньги - грязь.) Так что дедушкин подарок Андрюше не только не радость, а даже гадость: лишний раз мыть руки с без того уже замывшей немкой. Золотой же проваливается в отдельную «Иловайскую» копилку, и никто о нем не вспоминает до очередного золотого. (В один прекрасный день вся копилка со всеми, за десять лет, иловайскими золотыми исчезла, и если кто-нибудь о ней жалел - то не Андрюша. Золото для нас сызмалу было не только грязь, но пустой звук.) Наш дедушка заезжает за нами на своих лошадях и увозит в Петровское-Разумовское, Андрюшин дедушка никого не увозит, потому что сам никогда не ездит, а всегда ходит пешком. Оттого он и дожил до такой старости, говорят старшие. Наш дедушка привозит нам из-за границы заводные игрушки, например, Андрюше в последний раз из Карлсбада...
    3. Белкина Мария: Скрещение судеб. Безмерность в мире мер
    Входимость: 57. Размер: 123кб.
    Часть текста: и хотя в каждую втиснуты и кровать, и диван, но чаще всего сюда, в Голицыно, приезжают в одиночку, без жен — работать. Конечно, бывают и исключения. К обеду в столовой за табльдотом собирается человек двенадцать-пятнадцать. Стол накрывают по-домашнему и суповую миску ставят на стол, когда все уже в сборе, и потому обитатели дома стараются не заставлять себя ждать. И ровно к означенному часу, скинув верхнюю одежду в маленькой и тесной передней, где стоит старое трюмо с подзеркальником, заваленным шапками, и вешалка горбится и скрипит под тяжестью шуб, — Марина Ивановна с Муром появляются в столовой. Он массивный, высокий, с маской высокомерия и даже надменности, за которой, быть может, он так старательно пытается скрыть свои всего лишь пятнадцать лет от роду. Она ему по плечо, нет, все-таки чуть выше, худая, нервная, «светлошерстая и даже весьма светлошерстая!..» Общий поклон, и они усаживаются на свои места. У каждого за столом свое место, своя салфетка в кольце. Кстати, тогда, в ту зиму, в Москве с возмущением говорили о недостойном поведении в голицынской столовой В. М. Волькенштейна. Он был драматургом, театральным деятелем. Марина Ивановна знала его еще в предреволюционные годы, он был когда-то мужем Софьи Парнок, которой она увлекалась. А в 1920-м в письме к Евгению Ланну она поминает о нем, что он пришел к ней в Борисоглебский, просил устроить какую-то его пьесу; известно, что в 1921 году осенью они вместе ездили в Кремль к Луначарскому ходатайствовать о голодающих писателях, живших в Крыму. Словом, они были давние знакомые. И вот теперь, в декабре 1939-го, когда Марина Ивановна и Мур...
    4. Кудрова Ирма: Гибель Марины Цветаевой. Болшево
    Входимость: 55. Размер: 119кб.
    Часть текста: было для Цветаевой несложно: она бывала здесь не раз — в той, уже неповторимо давней жизни. Анна Яковлевна Трупчинская, старшая сестра мужа, была, скорее всего, заранее предупреждена братом о предстоящем визите. И все же она не решилась впустить в дом путешественников. У нее были веские причины для такой осторожности: и самой Трупчинской и ее дочери-студентке уже приходилось являться на малоприятные «собеседования» в ленинградский «Большой дом» — дом НКВД на Литейном проспекте. Там обеих с пристрастием допрашивали обо всех, кто посещал их квартиру. Втроем они погуляли по светлым июньским улицам Ленинграда. Брандмауэры многих домов были украшены огромными плакатами. Они тиражировали идеал социалистического общества, в котором труд был провозглашен делом чести, доблести и геройства: здоровяк в рабочем комбинезоне и его крепкогрудая подруга в красной косынке и с пучком спелых колосьев в руке призывали сограждан незамедлительно нести свои деньги в сберкассу — или же вступать в ряды Осовиахима. После семнадцати лет разлуки с родиной Марина Ивановна попала в сюрреалистический мир, где в узнаваемых декорациях текла фантастическая жизнь. В ее обыденном порядке были митинги и празднества в честь покорителей пространства: летчиков, полярников, парашютистов. Празднества сменялись обличениями и проклятиями в адрес других соотечественников, внезапно оказавшихся предателями всех святынь, бандитами,...
    5. Наталья Гончарова
    Входимость: 50. Размер: 27кб.
    Часть текста: Гора сомкнулась, поглощая Гончарову и ее сокровища. Не попасть мне нынче к Гончаровой, а самой пропасть. Правая, левая? С.-Жерменская площадь, Сена? Где - что? И относительно какого что это где ? И вдруг - чудо! - быть не может! может, раз есть! неужели - она? как же не она - оно - теснина - ущелье! Тут же, между двумя домами, как ни в чем не бывало, будто - всегда была. Вхожу. Вся уличка взята в железо. Справа решетка, слева решетка. Если бы пальцем или палкой - звук не прекращался бы. Клавиатура охраны, ска'ла страха. Что так хранили, от чего так таились те, за? Есть, очевидно, вещи важнее, чем жизнь, и страшнее, чем смерть. (Чужая тайна и честь любимой.) Уже не ущелье, а тюремный коридор или же зимнее помещение зоологического сада, - только без глаз, тех и тех. Никого за решетками, ничего за решетками, то за решетками. Но - в зверинце и тюрьме исключенное, зверинец и тюрьму исключающее - воздух! Из ущелья дует. Кажется, что на конце его живет ветер, бог с надутыми щеками. Ветер - живет, может ли ветер жить, жить - это где-нибудь, а ветер везде, а везде - это быть . Но есть места с вечным ветром, с каким-то водоворотом воздуха, один дом в Москве, например, где бывал Блок и где я бывала по его следам - уже остывшим. Следы остыли, ветер остался. Этот ветер, может быть, в один из своих приходов - одним из своих прохождений -...

    © 2000- NIV